фрагмент 1

— Хороший район, — сказал таксист. – Люблю тут ездить, хотя пассажира тут нет. С чего ему быть, если тут живут или старики, или интеллигенция,  или богачи? У одних на такси нет денег, а у других есть свои машины.

Оля смотрела вокруг со смешанными чувствами.

Целая улица двухэтажных домиков с деревянными перекрытиями на деревенских крышах. Толстые стены, кудрявые кустики возле подъездов. Стеклопакеты чередуются со старыми окошками, в которых с форточки свисают авоськи с продуктами. Полное отсутствие столицы. Так, помесь села-ударника и театральных декораций. И тополя. И жасмин. И серо-желтые листья вдоль однополосной дороги. Все таки, уже осень, хоть и очень ранняя.

— Что, это, действительно, центр?

— Ну, считается, да. Вас куда везти?

— Не знаю…

— Уточним, не треснем.

Таксист вручную открутил стекло вниз и спросил у грустных грузчиков, что толпились вокруг демонического  красного дивана:

— Хлопцы, тринадцатый дом?

— А вот это он и есть! – ответили хлопцы.

— Надо ж, как повезло… А вы что это – диван продаете?

— А что, покупатель имеется?

— Не, на такое – не имеется.

— Ну и катись давай!

Таксист хохотнул, спрятался обратно в салон и там с нежностью смотрел, как девушка-пассажирка путалась в деньгах, не мешал. Достала целую пачку разных – и долларов, и русских,  и наших. Теперь считала. По ходу рассмотрел ее коленки, все остальное. Худая очень. А так ничего, красивая,  блондинка. Как в рекламе.

— Ну, удачи вам в гнезде!

Таксист уехал. И Оля осталась стоять на тротуаре рядом с диваном. И взгляды всех вокруг обратились к ней.

— А вы к кому? – нагло поинтересовалась Ирина Павловна.

— Зачем же спрашивать? – немедленно возмутилась Лилия Степановна. – Это неинтеллигентно! Мало ли, по какому делу приехала эта девушка!

— Потому и спрашиваю!

Оля стояла, смотрела, и ветер трепал ее белые локоны. Ей хотелось как-то изощренно выразить презрение. Или отвернуться и уйти. Ну, короче, как-то объяснить разницу в статусе. Но она в который раз сыграла сама с собой в жертвенную покорность.

— Я здесь буду жить.

— О как? – Ирина Павловна посмотрела на Лилию Степановну. – Жить она тут будет? Это где ж именно?

— Ирина Павловна, не смущайте девочку!

— А чего это я смущаю? Я пытаюсь разобраться! – Ирина Павловна красиво выплюнула семечку. – В первой квартире у нас проживает Светлана Марковна с собачкой! Лилия Степановна с сыночком и квантирантками – во второй! В третей… ну, не понятно, но кто-то там точно живет… В четвертой – эти, ненормальные, наркоманы хреновы, узбеки. В восьмой я проживаю с дочерью и зятем. А пятую, шестую и седьмую заграбастал Вадик Хороших, наш бывший пацаненок… И где вы, извиняюсь,  собираетесь жить, а?

— Я – жена Вадика Хороших. – смиренно  улыбнулась Оля и порадовалась эффекту.

Особенно возбудились грузчики. Начали объяснять, что диван нестандартный, что виноват только заказчик, но фирма готова частично оплатить переделку, и все такое.

— Я думаю, у вас будут серьезные проблемы, — ласково пообещала Оля и отправила грузчиков куда подальше вместе с диваном. И они так быстренько начали собираться, заталкивать диван обратно в фургон, приятно посмотреть! Настроение даже как-то и улучшилось.

Поэтому когда из подъезда вышла Таня, Оля довольно дружелюбно с ней поздоровалась. Она уже была спокойна. Она уже владела ситуацией. И аборигены это почувствовали.

— Вот Таня! – с укором сообщила Ирина Павловна. – Жена Вадика заявилась! Чего делается, а?

Таня посмотрела на Олю, Оля – на Таню. И что-то такое стало ясно… но быстро ушло.

А грузчики ругались все сильнее, поскольку не хотели неприятностей, но видели их, да и подустали в борьбе с диваном. На шум в окно выглянул Игорь и рявкнул, пугая голубей:

— Заткнетесь вы все, или нет? Задолбали! Я песню пишу!

— Какую по счету? – немедленно отозвалась Ирина Павловна. – Мильенную? Смотри, не угори, писатель! Лучше б мусор хоть раз вынес!

Игорь хотел ядовито ответить, но вместо этого уставился на Олю. А потом исчез в окне.

— Вот Бог наказал зятем! – плюнула Ирина Павловна. – Ни денег, ни машины, ни помощи по дому! Одна музыка на уме!

— Пройдет! – предположила Лилия Степановна, посмотрела на часы. – Зато он у вас такой одухотворенный… Ой, Господи Боже ты мой! Что ж я сижу-то? Мне же мальчика кормить!

Она трудно встала и захромала к подъезду. Ирина Павловна подумала и пошла следом, тихо матерясь под нос. Уехали и грузчики.

Остались только Оля с Таней. Они так и стояли друг напротив друга. Без цели, без слов, просто стояли. Оля в коллекционной курточке со стразами  и Таня в конвейерном халате и с чем-то теплым и старым на плечах.

— Твой муж? – кивнула Оля на окно.

— Ага.

— Красивый.

Таня не сразу нашлась с ответом. Тогда Оля достала из сумочки сигарету и улыбнулась:

— Не парься. Я актриса. Сразу вижу фактуру.

— А. Понятно. Твой тоже.

— Что? – не поняла Оля, дым запутался в ее тонких бровях.

— Твой тоже красивый.


— Игорь, мать твою! Опять клеенку прожег? Мало тебе пепельницы, падла ты гадкая?

Игорь демонстративно встал и закрыл перед носом свекрови дверь комнаты. Ни слова, ни слезинки. Гордый, сильный человек.

— Слышь, кому говорю? – Ирина Павловна снова переместилась на кухню. – Мало тебе пепельницы, а? Или ты, может, так наработался, что у тебя руки дрожат?

— Ирина Павловна, вы не в себе! – грозно крикнул Игорь, не отрываясь от гитары. – Вам надо меньше пить!

— Не тебе меня учить!

— В таком случае, не вмешивайтесь в мою жизнь!

— Да на хер мне упала твоя жизнь! Клеенку какого черта прожег?

— Этой клеенке сто лет! Ее прожгли до меня всем, чем только можно было прожечь! Почему вы не спрашивайте всех тех людей, которые к вам сюда пить приходили?

— Что ты там гавкаешь? Не слышу! Иди сюда, нормально поговорим!

Игорь швырнул гитару на кушетку, выскочил в коридор, в который раз ударился плечом о косяк на резком повороте, но только больше завелся.

— Мне с вами НОРМАЛЬНО разговаривать не о чем! – заявил он, указывая пальцем Ирине Павловне в переносицу. – Вы давно потеряли человеческий облик и чем дальше, тем у вас с головой все хуже!

Ирина Павловна с радостью подхватила эстафету.

— Что ж ты тогда у меня живешь? – весело крикнула она и смахнула крошки со стола на пол. – Что ж ты не уйдешь, если я тебе такая плохая?

— Потому, что я живу не с вами, а со своей женой!

— А больно ты ей такой нужен! Безработный!

— Я не безработный! – страшно закричал Игорь и ударил кулаком по клеенке. – Я – музыкант!

— А это одно и то же! – хохотнула Ирина Павловна, и добила уже в спину убегающему Игорю. – Если ты музыкант – где твои деньги? Вон Киркоров – музыкант, это видно! А ты – тьфу! Говно на палочке

Запись опубликована в рубрике Книги с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Оставить комментарий